Болонский университет — внебрачный ребенок великой Матильды

Болонский университетВеликая Тосканская маркграфиня Матильда — пассия одного из самых грозных римских пап, воспитанника знаменитого монастыря Клюни Григория VII, во дворе замка которой, в Каноссе, три дня простоял босым на снегу в великом раскаянии, одетый во власяницу император Генрих IV. Такой и представляется она нам сегодня — несказанно богатой и фанатично религиозной. Однако не только… Не думала тосканская повелительница, какое судьбоносное действо она предпринимает, когда в 1088 г. повелела ученейшему глоссатору Ирнерию прочитать публичную лекцию о римском кодексе императора Юстиниана в Болонье. Сама того не ведая, она создала Болонский университет…

О престиже «учености» в те давние времена говорит тот факт, что направлявшийся в 1118 г. в Рим император Генрих V взял с собой не войско огромное, а этого самого Ирнерия, чтобы тот «убеждениями своими подвигнул народ римский» в неправильности избрания папы Гелассия II, скромная задача — всего лишь «свергнуть папу» силой знаний и своего авторитета… Так в самом начале XII в. утверждался приоритет знаний. Европой начинал управлять Закон, а его надо было знать! Так создавался древнейший в Италии Студиум. (Слово «университет» в то время еще не устоялось. Университетом, например, называлось и содружество купцов ганзейских городов, и другие цеховые объединения.)

Что Болонье принадлежит временной приоритет, говорит очень древняя римская запись о том, что император Феодосий II в 433 г. (то есть за 43 года до падения Рима) учредил в Болонье «высшую школу» для изучения великого кодекса Юстиниана, то бишь римского права в его последней редакции… (Правда, недавними исследованиями реальность действий Феодосия ставят под сомнение. Ну бог с ним. Хотел, и уже хорошо…)

Дальше — больше: великий немец Фридрих Барбаросса, считавший себя самым нежнейшим покровителем Ломбардии (и, между прочим, законно избранный ее королем), дает «всем, кто придет в город Болонью учить закон», исключительные по тем временам льготы:
-свободно перемещаться по всей империи, будучи везде под эгидой его авторитета;
-подлежать суду только своих коллег профессоров или епископа.
А это открывало «школярам» великие возможности… Они ими и пользовались так, что все домовладельцы в голос от их пирушек стонали… Однако забирать с улицы даже в стельку пьяных студентов тогдашняя полиция не имела права. Но и этого мало: со всех «студийцев» не брали налога, освобождали от военной службы, а некоторым профессорам даже давали звание «рыцаря» с правом ношения меча или шпаги… Не шутка…

Демократизм Болонского университета дошел до того, что в нем женщины могли не только обучаться, но и преподавать… Первым профессором стала дочь того самого Ирнерия… Представьте, это в те-то времена, которые мы называем не иначе, как «мрачным Средневековьем» (гениальный Ушинский в петербургском Смольном институте только спустя шестьсот пятьдесят лет добился подобного…). Оказывается, умных и красивых женщин и в те времена можно было увидеть не только на костре…

Но самая главная студенческая вольница заключалась в том, что термин «Студиум» объединял без различия и учившихся, и учивших. Да и выбирали тогдашние студенты профессора себе сами, и сами же сообща денежки ему выплачивали… Как научит, так и получит… Только в XV в. жалованье профессорам станет платить город.
Но чтоб звание «бакалавр» за красивые глаза или увесистые поясные мешочки с талерами и флоринами не выписывали, озаботившийся уровнем образования Ватикан в 1219 г. провел самую настоящую «зачистку» профессоров и постановил, что никто не может получить вожделенные «корочки», открывавшие путь к самым высоким должностям и ступеням (как мирским, так и церковным), без «публичной защиты знаний оных» и личного согласия архиепископа Болоньи. И может быть, именно про него написал Лермонтов свое знаменитое: «…он недоступен звону злата…» Пирушки пирушками, господа студенты, а учиться извольте-с преусердно-с…

Вот так и восстала слава Болоньи из прихоти своевольной Матильды… Вот так и случилось, что под своды «Студиума» входили Данте Алигьери и Петрарка, Николай Коперник и Эразм Роттердамский, маленький Моцарт и Боккаччо, Торквато Тассо и Парацельс… Даже Дюрер, даже первый итальянский «нобиль» — Кардуччи, даже Михайло Ломоносов, удостоившийся диплома (правда, почетного и притом — заочно) в 1764 г. «Чем и гордился премного…»

А «великий вращатель Земли» Николай Коперник в одном из писем другу таинственно сообщал, что «еретическая мысль о вращении планеты нашей вокруг Солнца пришла к нему в голову прямо в аудитории», всю остальную жизнь «классик» ее только шлифовал… И откуда сие озарение на лекции? Может, просто от шумной вечерней пирушки еще не отошел, поэтому и показалось, что Земля того… вращается. А может, сам Бог: ему ведь тоже знания в народ как-то надо нести. Вот подвернулся Коперник… Он ему и нашептал… Кто знает…

Во всяком случае, если в XIII в. в Болонье числилось 10 тысяч «школяров», это о чем-то говорит. Вот вам и маленькая «тихая» Болонья… Ни тебе моря, ни реки стоящей, ни гор…

Добавить себе закладку на эту станицу:

Оставить комментарий