Последние годы провления Махмуд-паши

После окончания войны с Австрией и Россией  Порта решила  окончательно свести счеты с Махмуд-пашой. В конце 1792 г. шкодринский правитель снова был объявлен «фирманлы» . Военную  экспедицию возглавил бейлейрбей Румелии Бекир-паша. Военные  действия начались летом 1793 г.  В середине августа 1793 г. Махмуд-паша с отрядом в 10 тыс.  человек занял позиции у Лежи, чтобы воспрепятствовать переправе войск бейлербея через Дрин. Узнав, однако, что другая часть  турецких войск под командованием Караман-паши продвигается  со стороны Косово, и боясь оказаться между двух огней, Махмудпаша спешно вернулся в Шкодру и заперся в Розафате с четырьмя  сотнями наиболее храбрых и преданных ему людей.

Турецкая армия, осадившая Розафат, насчитывала 30-35 тыс.  человек, но с первых же дней выяснилась ее слабость: у нее не имелось достаточного количества осадных орудий, не хватало продовольствия и боеприпасов, а главное — отсутствовала какая-либо  дисциплина. Занимаясь грабежами, турецкие войска, как и в предшествующую осаду Розафата, озлобили против себя местное население. Махмуд-паша умело использовал создавшуюся ситуацию.  Опираясь на поддержку шкодринских горожан и горцев, он в ночь  с 29 на 30 ноября 1793 г. совершил со своим небольшим отрядом  смелую вылазку и наголову разбил застигнутые врасплох войска  бейлербея.

Оставив на поле боя много убитых и большие трофеи,  турецкая армия обратилась в бегство, во время которого потерпела  огромный урон от беспрерывных нападений отрядов крестьян и  горцев. Когда бейлербей через две недели добрался до Эльбасана,  он привел с собой меньше половины своей прежней армии.  Таким образом, Порта за шесть лет потерпела два сокрушительных поражения в борьбе со шкодринским мятежником. Не имея  никакой уверенности в том, что дальнейшие попытки будут более  успешными, она решила еще раз «простить» Махмуд-пашу. После  длительных переговоров, тянувшихся до марта 1795 г., султан  Селим III подтвердил Махмуд-пашу в звании трехбунчужного паши  и должности сераскера Албании. Со своей стороны Махмуд-паша  должен был внести в казну задолженность по налогам за предыдущие годы и разрешить султанским сборщикам собирать в его владениях новые налоги, введенные в Османской империи в соответствии  с низам-и джедидом.  Махмуд-паша и не думал выполнять эти обязательства.

Шкодринский пашалык стал фактически независимым от Порты. Все  административные посты в нем занимали члены семьи Махмудпаши или другие албанские феодалы из числа его приверженцев.  Когда Порта однажды назначила племянника Али-паши Тепелены  «Фирманлы» — лицо, объявленное в султанском фирмане мятежником, приговоренное заочно к смертной казни.  Махмуд-паша написал янинскому правителю, что исключительно из уважения к нему  будет ежегодно высылать его племяннику причитающееся по этой  должности жалованье, но пусть тот и не думает ехать в Дуррес,  «поскольку он никогда не допустит, чтобы в его провинции были  какие-либо новые губернаторы, кроме его албанцев, которых он сам  подбирает, вводит в должность и на которых он может положиться».

Махмуд-паша имел собственную армию, военно-морскую флотилию, сам собирал налоги в своих владениях и лишь небольшую  часть их пересылал в Стамбул. По свидетельству современников,  прекращение усобиц и раздоров в Шкодре содействовало росту  ремесла и торговли. Учитывая влияние католической церкви и роль  горцев-католиков в борьбе против султана, Махмуд-паша позволял  католикам ремонтировать церкви и монастыри, свободно отправлять религиозные обряды. Шкодра снова стала резиденцией католических архиепископов, которые прежде, во время исламизации  Северной Албании, вынуждены были прятаться в горах. В общем  население Шкодринского пашалыка выиграло от того экономического и политического подъема, который принесло с собой правление Махмуд-паши.

Но наибольшие выгоды получил сам паша и его  ближайшее окружение. После каждой торговой поездки купцы  Шкодры должны были являться к нему с подарками. Большую  прибыль принесли его собственные торговые операции и обширные  земли, в частности земли плодородной долины Задримы. Налоги,  которые вводил Махмуд-паша, шли исключительно в его пользу.  Государственная власть являлась для Махмуд-паши постоянным  источником обогащения, и он постоянно стремился расширить ее  пределы.  Большую часть своей жизни правитель Шкодры провел в сражениях и походах.

В одном из донесений российского консула в Рагузе  А. Джики читаем об этом суровом и энергичном феодальном властителе: «В нем незаметна ни утонченность, ни апатичность, ни какая-либо роскошь и восточная пышность, характерная для других пашей, и особенно для сераскеров и губернаторов провинций, таких,  как он. Он живет довольно просто, на албанский манер, одевается  почти всегда одинаково, ходит с покрытой головой, не нося тюрбана,  и в больших туфлях на босу ногу». Когда же паша появлялся  публично, он имел при себе два огромных пистолета, большой  кинжал за поясом и ружье. В таких случаях его сопровождал импозантный кортеж из нескольких сот человек, тоже вооруженных  до зубов.  Осенью 1794 г. Махмуд-паша подчинил Эльбасанский и Охридский санджаки, хотя Али-паша Тепелена и пытался ему противодействовать.

Через год, осенью 1795 г., Махмуд-паша полностью  овладел Косово, разгромив объединенные силы местных пашей  и беев.  Вынашивая другие завоевательные замыслы и на случай новой  враждебной акции со стороны Порты, албанский властитель ищет  себе внешнюю опору. Захватнические устремления Махмуд-паши  96  в сторону Черногории и Венецианской Далмации обострили его  отношения с Австрией и Венецией. На почве борьбы с этими общими  врагами завязываются политические связи между феодальным  правителем Северной Албании и республиканской Францией. В мае  1796 г. прибыли в Шкодру для обучения войск Махмуд-паши семь  французских инструкторов. Помощь от французов Махмуд-паша  использовал для осуществления своего давнишнего замысла покорения Черногории. С армией в 35 тыс. человек, состоявшей  из его собственных войск и отрядов его вассалов, он летом 1796 г.  вторгся в Черногорию.

Первое сражение кончилось для него неудачей, а второе — настоящей катастрофой: его армия была разгром лена, а сам он убит 3 октября 1796 г.  Преемником Махмуд-паши немедленно объявил себя его брат  Ибрагим-паша. Порта была вынуждена смириться с этим и утвердить Ибрагим-пашу в должности шкодринского мутасаррыфа и  в звании визиря.  Катастрофа в Черногории и гибель Махмуд-паши серьезно  ослабили род Бушати. Шкодринский пашалык стал терять свое  прежнее значение важнейшего политического центра Албании.  Правление Ибрагим-паши продолжалось 13 лет, до 1809 г. В делах  внутреннего управления он был столь же самовластен, как и его  брат, но по отношению к султану вел себя лояльно.

Добавить себе закладку на эту станицу:

Оставить комментарий